Александра Железнова | Самый тёмный час 

gallery/аннотация
§ 1. Автобиография
Я могу писать и рисовать только на темы, понятные мне, воспроизводить события, случившиеся со мной, коснувшиеся меня либо гипотетически возможные в моей ситуации, отражать прежде всего те эмоции и чувства, которые испытываю лично. 
Повествование строится в первую очередь вокруг группы героев, которые созданы на базе авторской личности (начиная от внешних данных и заканчивая моральными аспектами) — это господа Айзен, Октан, Литий, Вольфрам, Уран и Свинец, они являются напрямую автобиографическими.
При помощи подобного художественного приёма я могу расставлять особенно важные акценты, которые служат основой для обособления достаточно схожих, но самостоятельных персонажей, в совокупности формирующих единство авторской личности. Кроме того, перечень автобиографических героев опосредует важнейшие направления внутренней и внешней политики Федерации Нордланд.  
Нордланд и ее герои появились в первую очередь из моего опыта становления, проживания власти и жизни вообще. 
§ 2. Соотношение объективного и субъективного 
Автобиографичность не препятствует более общему толкованию. Если бы я хотела, чтобы книга была простым перечислением фактов моей отдельно взятой жизни, я не стала бы использовать метафоры, аллегории и переносный смысл. Я опираюсь на логику собственного существования в рамках объективных условий на 85% и примерно 15% оставляю на некоторую интуицию, поскольку восприятие мира в любом случае несет в себе долю интуиции, но в моем случае эта доля не столь велика.
В части логического обоснования для меня тем более нет необходимости придерживаться туториалов по написанию текста и разработки персонажей, поскольку объективные вопросы существования тех или иных явлений или объектов, их совокупностей имеют место в своем собственном виде с присущими им признаками, что так или иначе укладывается в определенные рамки. Самый яркий пример, иллюстрирующий подобный подход — госпожа Нефть: будучи изначально опосредующей отдельную отрасль индустрии, она приобретает характеристики самой себя с учетом достаточно выпуклых отношений между властью и нефтянкой. Однако это донельзя индивидуализированный (с точки зрения моего отношения к ней) персонаж, потому что я отношусь к ней определенным образом и с определенным посылом. Индивидуализация всего, в свою очередь, очень сильно зависит от автобиографии, но тем сильнее и объективность. Таким образом, всё уравновешивается.

Я не из тех авторов, в голове у которых царит хаос и которые интуитивно создают то, чего сами не понимают и потому нуждаются в толковании со стороны. Моё произведение основано на твердом, ясном и логичном ходе мыслей. Мотивировка есть под каждое решение и каждого персонажа. Детали, отсылки, поводы для размышлений есть во всём. Объективные факторы занимают в повествовании положенное им место, и частное не препятствует общему — я не отгораживаюсь от мира вокруг. Поэтому отсылок будет много.В небольших деталях, датах, словах (и переводах, а также значениях слов), названиях.Да и моя жизнь пестрит совпадениями и закономерностями, которые я с полным правом включаю в сюжет.

Но тому, кто приходит посмотреть на мои картины или почитать книгу, нужно отдавать себе отчёт – он пересёк границу чужого мировоззрения. А в чужой монастырь, как известно, со своим уставом не ходят. Я против искажения авторской идеи в угоду желаниям зрителя — такое инакомыслие неуместно.

Однако я никому не препятствую думать самостоятельно – можно что-то предполагать, угадывать, можно не любить каких-то героев либо сопереживать им, чувствовать с ними родство или ничего не чувствовать. Скажу больше: даже текст книги не призван ограничивать читателя, поскольку на некоторые вопросы он сможет ответить сам – всё будет зависеть от его уровня проницательности и восприимчивости. Также мне без разницы, каких идеологических, политических и иных взглядов придерживается читатель или зритель. Но моё творчество – это моя территория, и всякий, кто здесь оказывается, обязан учитывать мои предпочтения и отталкиваться от них, даже если он с ними не согласен.

§ 3. Чиновники

Мне легче задействовать те образы, которые мне наиболее понятны — например, чиновник — символ ответственности, преданности, служения чему-то важному, наличия самоограничений и т.п. Власть субъективна в той мере, в коей ее познаёт отдельный носитель власти. Я специалист прежде всего по собственному отношению к власти и собственному пребыванию в ней в качестве чиновника, что и отражаю в книге.

Впрочем, специфика книги и её идея распространяется далеко за рамки только чиновничьего, в ней значительное место отводится собственно человеческому. А понятие «человек» всегда более общее по отношению к понятию «чиновник».

§ 5. Индустрия и власть

Я большой поклонник промышленности (в особенности электроэнергетики, чёрной и цветной металлургии, газовой, угольной и нефтяной промышленности, оборонного производства и т.п.) и всего, что с этим связано. Соответственно, в книге и сюжетах картин данная тема превалирует и осмысляется в различных вариациях.

Государство и власть для меня – положительные составляющие. Я не говорю о государстве в негативном ключе, тем более о России. Кроме того, Федерация Нордланд, о которой идет речь в моей книге — личное государство автора. Поскольку первопричиной для создания произведения является моя обычная жизнь и профессиональная деятельность в качестве чиновника, власть органично вписалась в картину моего творчества.

Что такое Нордланд?

Nordland буквально означает «северная страна», она расположена на севере планеты в выдуманной вселенной. Это вымышленное государство, которое находится на стыке между моей выдумкой и реальной Россией, между авторским и объективным. Это промышленное государство — химическая меритократическая федерация. Промышленность и химия играют в геополитическом и идеологическом портрете страны особую роль, а закрепленный в конституции Нордланда статус меритократического государства отражает сущность и назначение власти.

Статья I Основного закона данной страны гласит:

Федерация Нордланд есть химическое, меритократическое, правовое, демократическое, федеративное государство с республиканской формой правления.

Государство «внутри» есть у каждого чиновника, более того, у каждого человека. Вопрос в том, какое оно. Моё выражается в Федерации Нордланд.

Как художественный вымысел Федерация Нордланд живет обычной государственной жизнью. У неё есть своя позиция на международной арене, экономическая система, система государственной службы, валюта, разветвленный аппарат управления, идеология и т.п. и т.д.

Является ли Нордланд Россией? Моё творчество субъективно при всей объективности, и основания для государственной патетики лежат в самом авторе. Однако личность автора — это производное постсоветской России со всеми предпосылками и последствиями: автор физически является ровесником современной России. Нордланд выступает и чисто сюжетным книжным объектом, и отражает прецедент авторской личности. Исходя из этого, Нордланд не может быть быть вписана ни в рамки утопии, ни в рамки антиутопии или чего-то подобного. Это живой «организм», эпизоды из реальности которого легли в основу сюжета книги.

Вопросы того, насколько плотно понятие Федерации Нордланд примыкает к Российской Федерации, остаётся на совести читателя/зрителя. Но безусловен тот факт, что мое творчество началось благодаря моей работе в качестве чиновника. Безусловен также и тот факт, что мне как чиновнику присущ здоровый профессиональный и общегражданский патриотизм.

Нордланд — это сложное образование, которое аккумулирует в себе многие аспекты, часто не совсем российские. Я как-то уже писала об этом, говоря о значении добродетелей в сюжете «Самого тёмного часа».

О самобытности творчества 

Я не опираюсь в создании собственного творчества на чужие идеи. Меня впечатляют только определённые сферы общественной жизни, причём именно в том виде, в котором они объективно существуют. Я люблю научную и специальную техническую литературу и соответствующие этой тематике фильмы – там изложены объективные (с точки зрения парадигмы по крайней мере земного существования) вещи, а я предпочитаю видеть мир таким, какой он есть. Такие положения для меня понятны и логичны, в отличие от аспектов чужих переживаний.

У меня нет любимых писателей, нет любимых художников и нет любимых кинофильмов. Это не значит, к примеру, что я мало читаю — есть писатели, творчество которых я уважаю, считаю целесообразным, умным, которые интересно и качественно излагают мысли. Но я не испытываю любви к чужому субъективному мнению, отражённому в чужой книге; не может идти речь и о том, что я стараюсь кому-то подражать – у меня нет авторитетов. Зато у меня есть чёрный список писателей (В. Пелевин, В. Сорокин, Д. Оруэлл, Д. Мартин, Ф. Кафка и т.д.). Изначально они были мне индифферентны – книги всякие нужны, и каждому своё. Но интерполировать на меня их взгляды или способы подачи материала – это абсурд, а ведь многие зрители именно этим занимаются. Подобные сравнения мне откровенно претят, так как принижают моё авторское достоинство.

Среди художников меня также не вдохновляет никто. Я могу производить картины, которые совпадают по внешнему выражению с тем, что уже есть в мировой художественной культуре. То есть, вы можете встретить в моих работах и налёт императорской России, и средневековые европейские витражи и доспехи, и иконописные горки, и буржуазную роскошь art deco, и мрачное обаяние нуара, и соцреализм. Но это закономерное следствие того, что всё, что мне нравится, подходит под смысл сюжета книги, необходимо для расстановки акцентов и имеет для меня эстетический, ретроспективно-исторический, социальный, технический, политический или иной подтекст, я использую в своих целях. Для этого не обязательно поклоняться конкретным творцам.

§ 4. Химия

Я очень люблю науку, прежде всего химию, и отношения между моими героями имеют строго химическую основу. Ни одна формула, ни одна цифра, ни один цвет, ни один намёк не делаются мною просто так. Ни один герой не выбирается спонтанно, и имя ему не даётся спонтанно. Учитывая то, что 90% героев носят химические имена и обладают сообразными именам сущностями, получаемважное правило «Самого тёмного часа»: ищите отсылки в научных книгах прежде, чем в алхимических трактатах.

Но без алхимии, как известно, не было бы химии, так что не торопитесь с противопоставлениями и подобными примитивными трактовками. Поэтому второе правило: «Самый тёмный час» — это персональное Великое Делание, основанное на объективной данности, и персональный расклад персонального Таро.И коль скоро это сугубо персональная вещь, то не может идти речь о том, что какие-то взаимосвязи могут быть угаданы посторонним человеком по одним только картинам. Любая попытка гадать, не дослушав автора — это пустая и грубая попытка.

Что касается собственно процесса рисования — да, поначалу мне требовалась серьёзная помощь со стороны статичных образцов. Обычно я изучала объекты абстрактно – то есть, к примеру, чтобы уметь рисовать женщину вообще, а не Нефть в частности. Сейчас рисую свободно, к референсам прибегаю только в сложных случаях. Рисование — не самый сложный процесс. Чтобы правильно отобразить какой-либо объект, нужно в первую очередь изучить его пространственно-территориальные характеристики и координаты, прочие свойства, которые придают ему идентичность с самим собой. Не столь важно, с помощью чего это делать. 

gallery/cci.человек за ширмой (автопортрет) 01.07.2018
"Самый тёмный час" - мой opus magnum, мой единственный и самый большой творческий труд. Сюжет книги представляет собой переплетение судеб многих героев в условиях сложной международной и внутренней обстановки, приводящее к закономерному финалу для каждого персонажа.  
Причины творчества

Понемногу я рисовала всегда, но ни в техническом прогрессе рисунков, ни в изображении чего-то масштабного не было необходимости, всё развивалось очень ситуативно, если это вообще можно назвать развитием. Не было острой потребности в рисовании, пока я не пришла к мысли о собственной книге и собственным иллюстрациям к ней. Первопричиной для создания произведения «Самый тёмный час» является моя обычная жизнь, образование и профессиональная деятельность. Когда я определилась с тем, что я из себя представляю, кем хочу быть и кем стала впоследствии, где стыкуется мое личное и общее публичное, стало понятно, о чём я хочу писать и рисовать.

Пару слов о художественных навыках

Вы можете столкнуться с упоминанием того, что раньше я рисовала компьютерной мышью, и это реально так. Только в 2017 году стала использовать планшет. Я начинала рисовать самой простой мышкой на ноутбуке Dell Inspiron 1300 (и рисовала на нём вплоть до осени 2018 года, пока он не сломался), мой бюджет не позволял приобрести хорошее оборудование. Просто поставила себе цель – научиться рисовать на компьютере, это удобнее и продуктивнее. Вообще к рисованию мышью не следует относиться как к чуду – это тоже вполне себе инструмент, хотя и неудобный. А все успехи продиктованы исключительным желанием и упорством делать то, что мне нужно.

В заключение также хочется напомнить, что моё творчество не подразумевает пресловутые ангажированность и госзаказ. Я всего лишь ставлю себе цели и иду к ним. Я в принципе человек, которому нравится и структура, и подоплёка, и перипетии пребывания в сфере власти, ощутимые на любом уровне и на любой должности. Это один из видов моей личностной и личной потребности. И в творчестве я делаю в первую очередь то, что нужно лично мне и отражает выбранный мною путь.

В моём случае все привычные стереотипы об авторах, пишущих и рисующих на тему власти, как элементах чего-то протестного, ликвидируются: я люблю то, что делаю и вкладываю в свой труд много времени, физических и моральных сил. Я делала это, когда мне никто не платил и не восхищался мной, делала, когда никто не слышал или пытался вывернуть мои слова наизнанку. Я делаю это в первую очередь для себя, делаю безотносительно чьих-то пожеланий. Но тем, кому со мной по пути, я, безусловно, рада.

В конечном счёте я слишком хорошо знаю, что желаю сказать. И мои самые важные слова ещё впереди.